Отдых в России | Горящие туры | Туристические новости | Форумы | Отдых за рубежом

Анапа
Геленджик
Золотое кольцо России
Кавминводы
Карелия
Крым
Ленинградская область
Москва
Подмосковье
Речные круизы
Санкт-Петербург
Сочи
Туапсе
Полезная информация

Ссылки
Экспорт новостей
Реклама на сайте


 

Отдых в Сочи, информация по турам в Сочи

[ 02 Ноябрь 2005 ]

Сочи: унижение по классу VIP

Подавая заявку на участие в широко разрекламированном мероприятии, мы заранее предвкушали удовольствие. Еще бы: разгар бархатного сезона, город, считающийся самым лучшим местом в стране для отдыха у моря, экономическое ристалище с участием крупных фигур экономико-политического истеблишмента России. Словом, лучшей ситуации, при которой можно совместить приятное с полезным, нам, московским журналистам, трудно было и придумать


Принимая во внимание все вышеизложенные обстоятельства, редакция решила раскошелиться: выделила шесть тысяч долларов США на поездку трех сотрудников на три дня. При этом нам было сказано: ни в чем себе не отказывайте, посещайте самые дорогие клубы и рестораны, пейте и ешьте что хотите, а после всего этого приезжайте и расскажите, как классно можно отдохнуть на самом раскрученном курорте России. 'Только честно', – напутствовал нас главный редактор. Рассказываем честно. Деньги потратили по полной программе. По полной программе и получили: потрясающее море, огни пафосных ресторанов и отелей, поездки на такси, улыбки на довольных лицах крупных политиков и бизнесменов. И море унижения. От шикарных ресторанов. От дорогих отелей. От таксистов. От лучших наших политиков и бизнесменов.


Унижение первое


Первые, кто нас ждал по прилете прямо у конвейерной ленты выдачи багажа, были сочинские таксисты. Вначале нас удивило, что встречали они пассажиров в зале, в котором висела табличка: 'Служебная зона. Вход запрещен. Штраф – 300 рублей. Основание – ст. 20, 17 Администр. код. РФ'. А через минуту стало понятно, что эти таксисты не испугались бы и больших денежных санкций.


– Сто баксов, – ответил на наш вопрос о цене получасового путешествия по пустой вечерней дороге до центра Сочи неряшливо одетый небритый мужчина. Торг в этом зале неуместен, подумали мы, поскольку все остальные присутствовавшие здесь участники дорожного движения иной цифры не предлагали. А может, и не знали. Мы вышли из служебной зоны на воздух и стали искать глазами уютные такси-кебы, которые в прошлом году доставляли нас до места за 300–400 рублей. Дело не в том, что мы хотели сэкономить. Просто не хотелось ехать с такими 'предприимчивого вида' водителями.


А кроме того, в нашей памяти еще живы были воспоминания о недавней поездке на матч ЦСКА–'Ливерпуль' в Монако, где примерно такое же расстояние от Вентимильи до Сан-Ремо мы преодолели в 'Мерседесе' S-класса за 40 евро. Найти дешевые иномарки нам так и не удалось. Вместо них на привокзальной площади скучали лишь потрепанные местными дорогами 'шестерки' и 'Волги'. Оказалось, что в пятидесяти метрах от зала прилета цены на услуги такси до Сочи были ниже ровно в пять раз – 500 рублей. Мы сели в 'Волгу' 1984 года выпуска и остановились возле шлагбаума.


– Почему не едем? – спросили мы, показывая водителю на свободный правый пост.


– А у меня не этот выезд, – невозмутимо ответил он, ожидая, пока с левого поста не выедут все машины. И действительно, перед нашим авто шлагбаум после предыдущей машины не опустился. Беспрепятственно, без всяких квитанций мы нырнули в безмятежную сочинскую ночь.


– А где же кебы? – ненавязчиво поинтересовались мы у водителя.


– Да, помню, были здесь какие-то. Поломались, наверное, – после паузы довольно игриво ответил он.


Мы его поняли правильно. Наше государство способно одолеть любого внешнего врага, отдать Парижскому клубу многомиллиардные долги. Но не в силах заставить сочинских 'бомбил' платить налоги и уважать клиентов.


Унижение второе


После пропахших потом сидений 'Волги' роскошь лобби четырехзвездного 'Парк-отеля' показалась нам настоящим капиталистическим раем.


– Нам, пожалуйста, президентский номер! – обратились мы к милой девушке на 'ресепшн'.


– К сожалению, президентский занят, – критично посмотрев на наши немного помятые после перелета физиономии, ответила девушка. – Могу предложить номера категории 'суперлюкс'.


Мы выложили 12 600 рублей – столько стоило наше проживание до 12 часов утра следующего дня.


– Будете пользоваться мини-баром? – оторвала глаза от компьютера менеджер и, получив утвердительный ответ, добавила: – Тогда сейчас надо оплатить еще три тысячи.


– А разве бар оплачивают не по выезде? – искренне удивились мы, поскольку ни в одном четырех-пятизвездном отеле мира нам еще не приходилось оставлять залог за предстоящую выпивку.


– Извините, но у нас такие правила, – вежливо, но голосом, не вызывающим возражений, ответила собеседница.


– Надеемся, подписывать счета у вас можно без залога, – иронично спросили мы, опасаясь, как бы наша визави не подумала, что мы над ней издеваемся. Оказалось, зря беспокоились.


Представитель отеля, заявляющего принадлежность к всемирно известной системе отелей 'Рэдиссон-SAS', не обиделась.


– Разумеется, с залогом, – вполне серьезно сказала она.


– А сколько нужно?


– Прикиньте, какую сумму вы планируете потратить.


Точно рассчитать степень наших желаний нам мешала наша национальная принадлежность: загадочная русская душа всегда живет экспромтом. Иногда не хочется ничего, а иной раз такие желания накатят…


Но именно для этого – для удобства клиентов – во всех уважающих себя отелях мира и существует система оплаты услуг по гостиничным чекам. Закон есть закон. Чтобы себя особо не искушать, мы доложили на стойку 'ресепшн' еще три тысячи.


Номер был действительно неплохой, с большим джакузи, огромным балконом с видом на море. Не хватало только тишины и шума прибоя. В каких-то 100 метрах от номера шла бурная ночная жизнь. На примыкавшей к отелю площадке строящегося здания при свете прожекторов звонко орудовали агрегатами рабочие под аккомпанемент подъехавшего бетоновоза. Между тем строительный шум перекрыл требовательный стук в дверь нашего номера. На пороге стояла сияющая официантка с подносом, полным импортными бутылочками.


– Пожалуйста, позвольте мне поставить напитки в холодильник, – вежливо обратилась она к нам.


– Какие напитки? – удивились мы.


– Но у вас же внесен залог за мини-бар.


– А что, в нем разве ничего нет?


– Сейчас будет. Разрешите пройти.


Честно говоря, мы расстроились. За последние десять минут менеджмент 'Парк-отеля' трижды дал нам понять, что видит в нас мелких жуликов. Действительно, а вдруг мы бы сказали, что не будем пользоваться мини-баром, а сами взяли бы да все и выпили! На целых три тысячи рублей! Считай, почти на всю прибыль, доставшуюся отелю от нашего в нем пребывания.


Поняв, что до утра нам заснуть не удастся, да и содержимого мини-бара явно не хватало, чтобы дотянуть до рассвета, мы отправились в поисках поесть-выпить-закусить на знаменитую сочинскую набережную.


Унижение третье


Приморская набережная Сочи сверкала огнями и грохотала музыкой. Каждая, даже самая маленькая, кафешка пыталась по уровню децибел догнать и перегнать соседнюю. Мы выбрали ресторанчик 'Панда', поскольку стоявшая неподалеку симпатичная девушка-зазывала, искренне глядя нам в глаза, уверяла, что лучшего по качеству обслуживания и кухне заведения мы не сыщем на всем Черноморском побережье. Цены 'Панды' соответствовали уровню ее обещаний. Восемь наименований французских красных вин имели в меню всего две цены: 1500 и 1800 рублей за бутылку. Для начала мы заказали два бокальчика вина, обозначенных в прейскуранте как 'Мерло' и 'Медок'. Хотя и несколько удивились, что дорогие вина нам предложили на разлив. Чего тоже не наблюдали прежде ни в одном ресторанчике мира. Как нам объясняли тамошние сомелье, после открытия пробки сухое вино может храниться не более семи часов.


Через двадцать минут – видимо, в 'Панде' были очень глубокие винные подвалы – официантка Олеся принесла две большие стеклянные емкости, доверху наполненные напитком красного цвета.


– Сколько грамм в этих бокальчиках? – спросили мы.


– По триста каждый.


– А почему так много? – снова удивились мы, привыкшие к тому, что словосочетание 'бокальчик вина' на ресторанном жаргоне любой страны означает обычно 100–150 грамм.


– А вы же не сказали, сколько вам конкретно надо, – упрекнула нас официантка, всем своим видом показывая, что ей некогда – ждут другие клиенты. Насторожило то, что в одном из бокалов вино оказалось холодное, в другом – нормальной температуры. Мы сделали по нескольку глотков из каждого.


– А не могли бы вы принести нам посмотреть бутылки?


– Вот в этом бокале 'Мерло', а в этом – 'Медок', – уверенно указала Олеся, досадуя на нашу необразованность. Но мы проявили настойчивость. Через десять минут Олеся пришла снова и торжественно поставила на стол две бутылки. Пустую, с надписью 'Божоле', и более чем наполовину початую с этикеткой 'Каберне Совиньон'.


– А где же 'Мерло'? – еще раз удивились мы.


– Вот это, – ткнула она в одну из бутылок – чувствовалось, что официантка явно была не знакома с французским языком и не могла прочитать, что написано на этикетках, – идет у нас вместо 'Мерло', а это – вместо 'Медка'. Это по вкусу одно и то же. И по цене.


Мы посмотрели в меню: ни одного из принесенных вин там не оказалось. Ситуация принимала нехороший поворот. За сегодняшний вечер нам несколько раз отчетливо дали понять, что нас принимают не только за мелких мошенников, но и за больших лохов. Стало обидно вдвойне.


И вновь в голову полезли воспоминания. Перед матчем ЦСКА–'Ливерпуль' в Монако один из нас, находясь проездом в Ницце и зайдя перекусить в небольшой ресторанчик по соседству с известным отелем 'Негреско', попросил к ланчу маленькую бутылочку самого дорогого в заведении вина – за 32 евро. 'Пока я ходил мыть руки, – делился воспоминаниями наш друг, – официант при жене открыл бутылку того же наименования, только большую – за 49 евро. 'Как же так? – развел я руками, – я же заказывал меньшего объема!' 'Извините, вы можете не допить – это не ваши, а наши проблемы', – с присущей французам легкомысленностью промолвил официант и удалился. 'Вино оказалось настолько вкусным, что пришлось уговорить целую бутылку. Но, расплачиваясь по счету, я с удивлением обнаружил, что вино в нем не фигурировало. Не желая выглядеть мелким жуликом – видели бы меня в тот момент менеджеры 'Парк-отеля'! – я напомнил официанту о его ошибке. 'Все нормально, счет правильный', – все так же беззаботно бросил официант и, пригласив почаще заходить в заведение, растворился за стенкой бара. Как добрый волшебник. Я уверен, что запомню этот случай на всю жизнь.


А если судьба еще раз забросит меня в Ниццу, обязательно отобедаю в ресторанчике по соседству с 'Негреско'. Но мы были не в Ницце. И попросили к нашему столу директора сочинской 'Панды'.


– Я вас больше обслуживать не буду, – официантка неожиданно резко развернулась и растворилась в толпе посетителей. Как злая колдунья. Двадцать минут к нам никто не подходил.


– Какие у вас проблемы? – вывел нас из унылой задумчивости подошедший молодой человек. – Я старший официант, директора сегодня нет.


Чтобы легче было объяснять, мы попросили его вновь принести бутылки, которые унесла его коллега. Пустая прежде бутылка 'Божоле' была заполнена теперь почти на треть, а другая была вновь полна. Официантка слила початое нами вино из бокалов обратно в бутылки. Мы поняли: чтобы добро не пропадало. Интересно, каким VIP-клиентам эти напитки достанутся после нас?


Мы рассказали старшему официанту всю непростую историю наших взаимоотношений с Олесей. – Хотите, я разолью вам эти вина в бокалы по сто грамм? – отреагировал он на нашу печальную повесть.


Мы, ожидавшие от заведения в качестве, как принято говорить, компенсации за моральный ущерб бесплатный ужин или, на крайняк, какое-то блюдо от шеф-повара, были унижены еще раз. Нас даже не хотели 'покупать', дабы загладить свой промах и не допустить, чтобы мы, не дай бог, рассказали кому-нибудь, как обслуживают в 'Панде'.


А может, просто старший официант искренне не понял, из-за чего гости обиделись?


И тогда мы сказали, что не уйдем из 'Панды' до тех пор, пока перед нами не извинится владелец заведения. 'Старшой' впервые посмотрел на нас серьезным взглядом: – Я сам не знаю хозяина. Никто из нас его не знает. – Хорошо, – махнули мы рукой, будучи безумно голодны и трезвы. – Тогда, пожалуйста, вашу фамилию, фамилию вашей коллеги и рабочий телефон вашего заведения. И мы уйдем. Наш собеседник развернулся по направлению к бару. Вернулся с бумажкой. На ней было нацарапано имя и фамилия официантки. Далее шел домашний адрес. И приписка: 'Не замужем!'. Внизу бумажки – сердечко и мобильный телефон.


– Спасибо. А теперь ваши данные и рабочий телефон ресторана. – Рабочий телефон у нас уже полгода не работает, – несколько помявшись, официант с тяжелым сердцем вывел на бумажке номер своего сотового и фамилию. Вечер явно не складывался. Разборки с официантами отняли массу энергии. Но пожаловаться было некому.


И вдруг нам повезло. В ресторанчике с милым названием 'Шарм', где мы наконец-то приземлились всерьез и надолго, собственной персоной присутствовал глава департамента потребительского рынка сочинской мэрии. Официанты – целых два! – услужливо кружились возле столика на шесть человек. По старой советской привычке мы, было, решили пожаловаться главному сочинскому контролеру, но по здравому размышлению подумали: а при чем здесь, собственно, он? Качество сервиса улучшает конкуренция на рынке, а сочинский общепит до сих пор работает в стиле недавних советских времен: все равно придут и все равно откушают 'согласно прейскуранту'. Привычка быть хозяевами 'всесоюзной здравницы', сохранившаяся со времен, когда отдыхающие унизительно совали швейцарам и администраторам мятые пятерки за право пройти в ресторан или получить койко-место в гостинице, наложила неизгладимый отпечаток на сегодняшний сочинский сервис. Не 'чего изволите', а 'будь рад тому, что дают', такова до сих пор позиция сочинской сферы обслуживания по отношению к клиенту. За три дня, что мы провели в Сочи, мы не встретили ни одного официанта, который похвастался бы тем, что прошел стажировку в приличном московском, не говоря уже о зарубежных, ресторане.


Открыла нам глаза на нравы ненавязчивого краснодарского обслуживания колоритная сценка, разыгравшаяся в три часа утра возле открытого бассейна отеля 'Рэдиссон-SAS-Лазурная' – туда мы перебрались на следующий день после 'недоверчивого' 'Парк-отеля'. Столики возле воды оккупировала галдящая толпа молодежи обоего пола, громко, в особо нецензурной форме рассказывая анекдоты на злобу дня. Иностранные посланники, мирно спавшие в сей предрассветный час в отеле, наверняка обогатили свой словарный запас неизвестными перлами богатого русского языка.


– Эй, ты, слышь, иди сюда! – тыкал пальцем в сторону стоявшего поодаль официанта двадцатилетний парень. – Быстро нам виски! И чтоб одна нога здесь, другая…! Мы ретировались от лихой компании на противоположную сторону бассейна.


– Кто они такие? – спросили мы у официанта, который помог нам эвакуироваться. – Как, вы разве не знаете? – удивился официант, как будто речь шла о Владимире Владимировиче Путине. – Это же К.! Мы лишь недоуменно пожали плечами: кто такой К.? – Советник губернатора по вопросам н. и г. Мы решили не называть фамилию важного краевого чиновника и не расшифровывать читателям аббревиатуру 'н. и г.', поскольку, в конце концов, советники тоже имеют право на личную жизнь. И ведут они ее так, как принято в краснодарском истеблишменте: чем наглее ты обходишься с обслуживающим персоналом, тем более внимательно и вежливо к тебе этот персонал отнесется.


По иронии судьбы, именно в 'Рэдиссоне' мы встретились с самым внимательным и вышколенным менеджментом, который явно не заслуживал столь хамского обращения с собой. Но, опять же, такие, как господин К., в обычной жизни чаще всего общаются с сотрудниками 'Панд' и таксистами, а единственный в своем роде 'Рэдиссон' посещают лишь по служебной оказии типа нынешнего форума 'Кубань-2005'.


Унижение четвертое


Красные ковровые дорожки. Кубанские казаки. Бравурная музыка. У присутствующих на открытии форума было реальное ощущение праздника и чего-то очень важного. – А теперь, – торжественно объявил невидимый ведущий, – мы приглашаем всех гостей форума посетить нашу выставку! Площадь дрогнула и колыхнулась в сторону главного павильона. Неожиданно у самого входа людям преградили дорогу люди в черном – секьюрити форума. Больше всего пострадали от внезапно возникшего препятствия VIP-персоны: на них напирали сзади рядовые посетители. Сцена чем-то напомнила очередь за водкой в период антиалкогольной кампании середины восьмидесятых годов прошлого века. Ведущие менеджеры крупных банков, директора больших и не очень российских фирм и даже некоторые представители дипломатических миссий, не успевшие проскользнуть вслед за авангардом – министрами и губернаторами, – стояли теперь растерянные и беспомощные. Украшавшие их дорогие пиджаки бейджи с надписью 'VIP' в толпе оказались бесполезными и не придавали никакого иммунитета – их толкали локтями чаще, чем остальных. Как назло, зарядил мелкий, но противный сочинский дождик.


– Убери ногу! Ногу убери, говорю! – забыв правила политеса, зло цыкал наш седовласый VIP на темнокожего африканского. Оказавшись без помощи оттертого переводчика, кучерявый VIP, видимо, никак не мог понять, что же происходит, почему их не пускают внутрь выставочного павильона.


Обескураженный представитель третьего мира не мог знать, что в продвинутой России VIPы делятся на два типа – те, которые с бейджами, и те, которых охрана знает в лицо. Пока вторые, узким составом, не торопясь обходили выставку, первые в течение четверти часа мокли под дождем. Мы, скажем честно, не сильно вникали в доклады VIPов обоих типов, посвященные инвестициям в российскую экономику – в нашу задачу входило всего лишь бытописание нашей деловой поездки в Сочи. Но уверены, что несколько миллионов долларов США благодаря этой сцене мы потеряли точно.


А еще в ходе своей поездки мы хотели задать ряд вопросов от имени журнала непосредственно тем, кого охрана форума знала в лицо. Увы, пресс-конференция для журналистов среди десятков других мероприятий в планы краснодарских организаторов не входила. Вместо этого они ограничились торжественным банкетом от имени администрации Краснодарского края, на котором были песни и пляски кубанского казачьего хора, но сам глава администрации не присутствовал.


Впрочем, выход к прессе все-таки состоялся. Он не был объявлен в программе, но за день до этого в пресс-службе губернатора нам таинственно намекали об этом. Действо могло произойти между пленарным заседанием и посещением выставки официальными делегациями.


… Пленарка закончилась, ее участники вышли из зала с воодушевленным выражением на лицах и спустились на красную от ковровых дорожек площадь. Прошло минут десять, а люди все еще чего-то ждали, полтары дюжины видеокамер были нацелены на ступени знаменитого сочинского театра. Наконец они дождались. Над площадью прозвучали фанфары.


– А сейчас, – произнес диктор голосом, которому мог бы позавидовать Левитан, – состоится торжественный выход почетных гостей и участников форума!


Ровно через минуту двери 'Зимнего' медленно распахнулись, и под слаженные аплодисменты собравшихся народу явились первые лица Кубанского форума. Улыбки победителей не сходили с лиц почетного окружения: руководителей крупных банков и корпораций, многочисленных. Минуту спустя, никем, вероятно, кроме нас, не замеченный, по триумфальной лестнице спустился Евгений Максимович Примаков. До этого он скромно коротал время за одной из широких колонн и в торжественном выходе победителей из парадных дверей не участвовал. Видимо, человек, повернувший премьерский самолет над Атлантикой после начала американской бомбардировки Сербии, считал себя не настолько важной персоной, чтобы иметь честь явиться народу в окружении столь блестящей компании.


После торжественного выхода 'почетные участники' в который уже раз за последние три дня ушли осматривать павильоны выставки. А мы направились в пресс-центр форума зарядить мобильные телефоны. Через какое-то время мерное стучание компьютерных клавиш прервал голос дежурной:


– Сейчас будет выход к прессе! Срочно идите к главному входу!


…Не то что задать вопросы – до наших интервьюеров нельзя было даже докричаться. Пятачок площадью шесть квадратных метров был плотно оккупирован нашими краснодарскими коллегами, ощетинившимися жерлами телекамер. И тут мы вновь почувствовали себя, мягко говоря, не в своей тарелке. Разве что успокаивала наивная мысль о том, что нечто подобное испытывал и Евгений Максимович Примаков. Так нам, по крайней мере, показалось.


Унижение пятое


Рейс авиакомпании 'Сибирь' опаздывал на пять часов. Вещи решили сдать в камеру хранения. И поехать в форелевое хозяйство, что находилось сравнительно недалеко от Международного сочинского аэропорта.


Автоматической камеры хранения не оказалось. В 'ручную кладь' стояла очередь из полутора десятков пассажиров. Ну, быстро, подумали мы. Между тем прошло полчаса, а очередь почти не двигалась. Как оказалось, прежде чем сдать багаж, надо было дождаться, чтобы кто-то из наших предшественников забрал свои вещи. Комнатка в 9 кв.м., похожая на кухоньку в коммунальной квартире, была до потолка забита сумками и чемоданами наших товарищей по несчастью.


– Тыщу рублей, – предложили мы Людмиле Степановой, приемщице и грузчице камеры в одном лице, за пять часов хранения наших чемоданов.


– Да вы что, ребята? Меня разорвут на части! – отрезала наша собеседница.


Из чего мы поняли, что полакомиться ушицей из сочинской речной форели у нас, увы, не получится. Расстроенные, сели коротать время на металлические скамьи. Ждать было долго, а закон природы диктовал свое. Пошли по очереди искать туалеты. Первый гонец вернулся с унылым выражением лица. Как оказалось, туалет в первом – основном зале ожидания – был закрыт на ремонт. На весь аэропорт, не считая зоны вылета, работало только одно заведение, да и то находилось оно в третьем, самом дальнем, павильоне. Для полутора тысяч рядовых пассажиров, томящихся в тот момент в ожидании рейсов, а также для провожающих, сотрудников аэропорта и таксистов это обстоятельство было слабым утешением. Некультурные бежали в ближайшие кусты, расположенные вокруг аэропорта. А культурные стояли в очереди, которая была явно больше, чем очередь в камеру хранения ручной клади. Счастливчики, которым удавалось дождаться заветного часа, выбегали из помещения с довольным видом и заткнутыми носами.


Отчаявшись стоять в очередях, мы решили воспользоваться служебным положением и пройти в туалет, которым пользовалось руководство сочинского аэропорта. – А где тут у вас начальство? – спросили мы у первого встреченного сотрудника милиции.


– Вообще-то контора аэропорта находится вон там, но начальства сейчас нету. Есть и. о., а начальство все сидит, – улыбаясь, ответил нам веселый прапорщик в милицейской форме. – Как сидит? За что сидит? – в шутку поинтересовались мы. – Натурально – один в тюрьме, другой под подпиской о невыезде, – на полном серьезе ответил страж порядка. – А сидят из-за туалетов.


История, по словам нашего собеседника, произошла банальная. Выделенные на ремонт мест общего пользования два миллиона рублей, как это у нас водится, растворились. К и. о. нас не пропустили. – Все вопросы – по факсу, а Александр Алексеевич, исполняющий обязанности начальника, сейчас на территории и принять вас не может, – ответила на нашу телефонную просьбу встретиться с ее директором секретарша.


И тогда мы вспомнили, что члены официальных делегаций летают через VIP-зал. Стоимость прохода на троих была 6000 рублей. Мы больше претензий не имели. Зато имели пассажиры, улетавшие рейсом 870 компании 'Аэрофлот'. Самолет не задерживался, но и тут не обошлось без некоторых трудностей. Как сообщил нам диспетчер 'Аэрофлота' в Сочи Чикунов Андрей, на этот рейс было продано 380 билетов. В то время как борт Ил-86, который прислала Москва, имел всего 346 мест.


Не повезло даже пассажирам бизнес-класса, которые оплатили от 12 до 18 тыс. рублей за билет в один конец. На 10 комфортабельных кресел 'бизнеса' претендовали 50 (!) пассажиров.


– Я вас всех посажу! – гневно кричала невысокая старушка. – Я прямо сейчас позвоню сыну в Лондон, он одним своим словом вас всех уничтожит!!! – Вы хамка, – тыкала она пальцем в молчавшую все время сотрудницу VIP-зала. – Я тебе дам 100 долларов, и ты заткнешься, проститутка! – Вы меня, пожалуйста, не оскорбляйте, гражданка! – впервые подняв глаза на рассерженную пассажирку, тихо произнесла девушка. – Я вам не гражданка. – А кто вы? – удивилась 'проститутка'. – Я – VIP-дама! У меня сын сейчас с Чубайсом в Лондоне! Он вам покажет!


Подошедшие несостоявшиеся пассажиры, тоже претендовавшие на бизнес-класс, нервно наблюдали за этой сценой. Обладатель благородной седины, поняв, о чем идет речь, начал куда-то срочно названивать по мобильному телефону. – А вот и главный журналист страны идет! – обрадовался он, увидев подходившего к стойке председателя Союза журналистов России Всеволода Богданова, который только что приехал из Дагомыса, где закончился 10-й фестиваль СМИ 'Вся Россия-2005'. – Он вас всех пропишет! Но Богданов отнесся к ситуации стоически. Он, как и все, мужественно отдал свой билет для отметки работникам 'Аэрофлота'. И спокойно воспринял известие о том, что в Москве ему предстоит потратить еще как минимум полтора часа, чтобы получить в кассе разницу между ценой эконом- и бизнес-класса. – И так с середины августа, – сказал, утирая пот со лба, Андрей Чикунов. После запрета на полеты Ил-96 нам постоянно приходится менять компановки полетов и терпеть гнев пассажиров.


Тем временем VIP-даму пригласили в персональный микроавтобус 'Соболь'. – А вас я знаю! – неожиданно обратилась она к также направлявшемуся к автомобилю плотному мужчине с импозантной лысиной. – Вы очень умный человек, первый, кто начал заниматься бизнесом в нашей стране. Ваша фамилия, кажется, на букву Т. – Тарасов, – скромно представился действительно умного вида мужчина. – Да-да, Артем, – обрадовалась выразительница чувств всех несостоявшихся пассажиров бизнес-класса. – Вот таких, как вы, выгоняют из страны – и теперь мы так живем! Я всю жизнь была нищей учительницей! Я сына вырастила…


Первый бизнесмен страны почему-то молчал. Возможно, ему было неудобно за свою нежданную собеседницу – переход из статуса 'нищей учительницы' в ранг 'VIP-дамы' явно не в лучшую сторону сказался на моральном облике пожилой женщины.


Но, надо признать, она была едва ли не единственной, кто, пусть в такой форме, но отстаивал свои законные права – лететь согласно купленному билету. Как мы выяснили по прилете в Москву, никто из 40 обделенных VIPов рейса 870, пересевших в 'эконом-класс', не предъявил финансовых или иных претензий 'искренне нашему' авиаперевозчику. Можно только догадываться, каков был бы объем 'морального ущерба', случись подобный казус на парижском или лондонском рейсе авиакомпании. Но это уже не наша история.


Постскриптум


Ситуацию с рейсом Сочи–Москва комментирует пресс-секретарь 'Аэрофлота' Ирина Данненберг:


Во всем виноват 'Антонов'


– Ирина, насколько типичной можно назвать ситуацию с овербукингом, свидетелями которой мы стали в сочинском аэропорту?


– Ситуация, прямо скажем, получилась неприятная. По плану 1 октября рейс 870 должен был выполнять самолет Ил-86 'Антонов' с расширенным салоном бизнес-класса, вмещающим 50 пассажиров, и 249 креслами эконом-класса. Но накануне в самолете обнаружились технические неисправности и борт был заменен на другой, компоновка салона в котором была 10+336. Поэтому примерно 40 пассажирам было предложено пересесть в 'эконом'.


Вообще на наших рейсах допускается овербукинг, это нормальная общемировая практика. Обычно мы продаем не более чем на 5–6 билетов больше, чем в самолете мест, и связано это с тем, что, по статистике, именно столько пассажиров не приходят на регистрацию. Но это касается только эконом-класса, в бизнес-классе овербукинга не бывает. Всем пассажирам, пониженным в классе, по прилете в Москву была выплачена разница между тарифами 'бизнес' и 'эконом'. В случае если пассажир с подтвержденным бронированием не может улететь по причине овербукинга, мы предлагаем ему улететь ближайшим рейсом, даже если это рейс другой авиакомпании. При этом, если ближайший возможный рейс улетает более чем через 3 часа, мы обеспечиваем горячим питанием, а если более чем через 6 часов, то и гостиницей, трансфером, бесплатными телефонными звонками и т.д. Так что официальных жалоб от пассажиров насчет овербукинга практически не бывает.


От редакции:


Нам известно, что самолет с компоновкой 10+336 летает в Сочи ежедневно с 15 августа. Допустим, в план поставили 50+249 на 1 октября в связи с большим наплывом VIP-гостей. Но по данным вашего представителя в Сочи, на 870-й рейс 1 октября было продано около 380 билетов, в то время как 'Антонов' вмещает 300 пассажиров. Куда должны были деться еще 80? Ситуацию с 'Парк-отелем' комментирует Валентин Мясников, директор ИТЦ 'Качество' (правопреемник Госстандарта, Сочи):


'Гордому прогибанию' нужно учить


– Валентин Владимирович, ваша организация занимается сертификацией сочинских предприятий сферы обслуживания. Всегда ли выданные вами сертификаты соответствия, что называется, соответствуют заявляемому уровню?


– Предприятия, как наше, не являются контролирующими. Мы выдаем сертификат соответствия условий для оказания качественных услуг. Два года назад, когда вышел закон о техническом регулировании, сертификация из обязательной переместилась в требования, которые имеют характер добровольного применения.


Сертификат соответствия, который мы выдаем, – это не гарантия качества. Это документальное подтверждение наличия необходимых условий и услуг – в соответствии с требованиями национальных стандартов. При проведении процедур сертификации предприятие демонстрирует свое соответствие – то есть возможность выполнять, требования, свою способность их выполнять. А вот будут ли эти требования выполняться после сертификации – на совести и ответственности руководителя и работников предприятия. Это мы не контролируем.


Есть правила, которые необходимо соблюдать (за этим следят контролирующие органы), а есть культура обслуживания (например, при подаче французских вин). За их несоблюдение не наказывают, просто можно потерять клиента – а это тоже немало.


Нужны механизмы повышения качества обслуживания. Один из таких механизмов – пропаганда, обучение обслуживающего персонала. Например, у городской администрации должны быть конкретные совместные программы – с консалтинговыми предприятиями по ознакомлению с вопросами в сфере сертификации услуг.


А вообще хочется сказать: 'Мы не умеем служить'. Мы 70 лет искореняли понятие 'прислуживать', считали его недостойным, пережитком прошлого: 'Служить бы рад, прислуживаться тошно'... Но это мешает нашему представлению об услуге. Клиенту нужно услужить. Но услужить, не теряя собственного достоинства. Такое 'гордое прогибание'. А этому нужно учить!


Ситуацию с рестораном 'Панда' комментирует Ирина Мамишева, заместитель начальника территориального отдела управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителя и благополучия человека по Краснодарскому краю в городе Сочи:


Потребитель имеет право, чтобы его не 'имели'


– Ирина Аршаковна, если бы с вами случился эпизод, подобный тому, который произошел с нами в 'Панде', как бы вы повели себя в подобной ситуации? – Меня это удивляет, потому что директор этого ресторана постоянно повышает свой профессиональный уровень и квалификацию. Вообще то, о чем вы говорите, – это единичные факты, человеческий фактор. Даже лично со мной были такие моменты – случалось, что и мне грубили, когда я была посетителем.


Это должно уйти в прошлое, когда предприниматель работает только одним сезоном и не заботится о том, вернется ли к нему посетитель. Такого уже быть не должно. В основном, наши руководители предприятий заинтересованы в обучении персонала и многие за свой счет обучают и повышают квалификацию. Такое руководство понимает, что от уровня подготовки кадров зависит имидж предприятия.


– Ваша организация в советские времена называлась горторгинспекцией. Как сегодня строится ее работа? – Мы регулярно проводим рейды и проверки объектов торговли и сферы услуг, наказываем нарушителей. Административные наказания предполагают и штрафные санкции, и даже приостановление деятельности предприятия. Этим летом мы и 'Панду' проверили и накладывали штрафные санкции. Мэр нашего города много уделяет внимания вопросам качества обслуживания, неоднократно говорит о том, что на курорте должны работать квалифицированные кадры. И в этом направлении Управлением потребительского рынка услуг администрации города проводится соответствующая работа. А уровень обслуживания, конечно, зависит от квалификации обслуживающего персонала.

Источник "www.rustur.ru"


Погода в Сочи

Форум об отдыхе в Сочи



Страницы: 1


  Статьи по теме:
  • Отдых в адлерском Кургородке
  • Отзыв об отдыхе в мини-гостинице Сильва
  • Июльский отдых в Адлере
  • Хоста
     
  •  





    Туризм Top100 - путевки в Египет, туры в Турцию, Испанию, отдых в Тунисе, Греции, Таиланде, Чехии